Она прорвалась. Первая, которой удалось опрокинуть Семёныча. Теперь он отчаянно отбивался от острых, окровавленных зубов. Липкая жижа капала на лицо, зловоние пасти не давало дыхнуть… «Вот и пожил»- мелькнуло в голове у бывшего тракториста, и…

Дарья Михайловна вцепилась в слепую плешивую морду, ухватилась за открытую, мокрую челюсть – и тварь взвыла, ослабила хватку, позволила Семёнычу перевернуться на живот, защитить горло… Арсений обернулся – но что он мог сделать! Там, впереди, было ещё страшнее…

- Дарья, в сторону! – орала Диана, пытаясь добраться до монстра через обширную спину женщины. Но та держала зверя, и хватка её – бывшей призёрши Беларуси по гребле – была смертельной…

Они ушли. Под утро. Валдай еле дышал. Окровавленный Арсений зализывал раны. Семёныч истекал кровью, его перевязывала измученная, дрожащая от нервного напряжения Диана. Ольга помогала Дарье. Дарье Михайловне было плохо… Ударные нагрузки остались в далёкой молодости, и теперь сердце мелко-мелко стучало, не в силах успокоится… Валидол не помогал. Глицерина ни у кого не было. Лысый снова отжил – теперь он ходил героем, но на него никто не обращал внимание. Молодой отделался легко: пару царапин. Всё же этот парень был прирождённым бойцом. А Серёге не повезло. Он всегда лез вперёд, хороший парень Серёга. Загрызли его. Вспороли живот. Мучался страшно, но такие раны… Такие раны сами по себе не заживают. Арсений откинул насквозь мокрую от крови ткань… И тут же закрыл снова. Белое лицо с огромными глазами молило, вопрошало.… И тогда подошёл Валдай, шепча что-то своё, тихонько присел около парня. Через минуту Сергей затих. Валдай быстро, как-то виновато вытер нож о край куртки и набросил на лицо лежащего чехол сидения. Вернувшись, он прошептал:

- Ему нэ больно было… Савсем чуть-чуть…

Арсений промолчал. Он отнёс окровавленное тело в самый конец салона и положил рядом с другими погибшими.